Мария Корнеева

Руководитель отдела аналитики

Юрист ничего плохого в этой квартире не нашёл.

Мы всё равно её не купили.

Я долго не могла понять почему. Всё спрашивала: ну какое конкретно нарушение? Где обман?

Квартира за два с половиной года сменила трёх хозяев. Последняя продажа была всего несколько месяцев назад. Поэтому агент не стал сразу вносить аванс и попросил договоры по всей цепочке.

Прислали только последний.

Несколько дней он общался с агентом продавца: нужны старые договоры, документы по ипотеке, сведения о предыдущих владельцах. В ответ одно и то же: ничего не сохранилось.

Тогда юрист начал собирать информацию сам.

Выяснилось, что предыдущий собственник покупал квартиру в ипотеку. Был женат, были дети. Использовали ли маткапитал — неизвестно. Было ли согласие супруги на продажу — документов нет. В каком состоянии человек подписывал прошлую сделку — тоже подтвердить нечем.

Я опять спрашиваю:

— Так маткапитал точно был?

Не знаем.

— Супруга могла оспорить продажу?

Не знаем.

— С предыдущими владельцами всё нормально?

И это тоже никто не мог подтвердить.

Агент отказался передавать аванс, пока продавец не предоставит документы. Продавец ничего не дал.

Я потом просто выписала всё в столбик: маткапитал — неизвестно, согласие супруги — нет, документы прошлых владельцев — отсутствуют.

Получилось шесть вопросов. И напротив каждого — пустота.

С таким списком отдавать деньги мне уже не хотелось.

Квартиру я выбирала по району, планировке и комнатам. А агент с юристом — ещё и по вопросам, на которые продавец почему-то не смог ответить.

И теперь я понимаю: отсутствие найденного нарушения — ещё не значит, что сделка безопасна.